«Финансовая газета», N 17, 2004.
В страховой практике нередко возникает вопрос о соотношении правил страхования и условий договора страхования. Положения ГК РФ, Закона Российской Федерации от 27.11.1992 N 4015-1 (в ред. от 10.12.2003) «Об организации страхового дела в Российской Федерации» и актов Росстрахнадзора (в последующем и Минфина России), касающиеся правил страхования, не дают единого представления о том, в какой части правила страхования могут изменяться и дополняться страховщиком при заключении договора страхования.
Проанализируем нормы Закона N 4015-1 (ст.ст.3, 32) и ГК РФ (ст.943).
Закон N 4015-1 носит комплексный характер, поскольку регулирует не только гражданские правоотношения, возникающие при осуществлении страхования, но и административные правоотношения, связанные с лицензированием, обеспечением финансовой устойчивости страховщиков, и т.п. Данный Закон упоминает правила страхования в двух случаях: в п.3 ст.3 и в п.2 ст.32. В п.3 ст.3 установлен перечень условий договора страхования, которые обязательно должны найти свое отражение в правилах страхования. Данный перечень гораздо шире, чем перечень существенных условий договора страхования, определенный ГК РФ. Правила страхования — это специальная форма закрепления норм страхования, поскольку в соответствии со ст.943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования. Следовательно, правила страхования — перечень условий договора страхования. Таким образом, Закон N 4015-1, определяя перечень условий, которые обязательно должны содержаться в правилах страхования, тем самым расширяет установленный ГК РФ перечень существенных условий договора страхования.
Обратим внимание на то, что нормы п.3 ст.3 Закона N 4015-1 противоречат общей части ГК РФ, поскольку, во-первых, указывают на то, что добровольное страхование осуществляется на основании договора и правил страхования. Однако на самом деле страхование может осуществляться только на основании договора, так как обязательство, в том числе и страховое, возникает из договора вследствие причинения вреда или из иных оснований, указанных в ГК РФ (ст.307). Во-вторых, в соответствии с ГК РФ правила страхования — это условия договора страхования, которые применяются только по соглашению сторон договора (ст.943 ГК РФ). Следовательно, установление в Законе N 4015-1 императивной обязанности сторон договора страхования заключать договор страхования на условиях правил страхования противоречит нормам ГК РФ о свободе договора (ст.421) и о страховании (ст.943).
Закон N 4015-1 упоминает правила страхования также и в связи с лицензированием. Поэтому для определения юридической природы правил страхования прежде всего необходимо определить цель лицензирования и представления правил страхования при лицензировании в надзорный орган.
Лицензированию подлежат виды деятельности, при осуществлении которых может быть причинен ущерб правам и интересам потребителей услуг. Поскольку страхование — это финансовая деятельность, гарантированность прав и интересов страхователей обеспечивается в том числе и платежеспособностью страховщика. Таким образом, лицензирование деятельности страховых организаций осуществляется прежде всего с целью обеспечения финансовой устойчивости страховщика и гарантии страхователю выполнения страховщиком своих обязательств по договору.
Нормами, регулирующими порядок лицензирования страховой деятельности, установлено, что страховая организация в числе документов, необходимых для получения лицензии, представляет правила страхования. Лицензирующий орган оценивает гарантии финансовой устойчивости страховщика исходя из сведений, содержащихся в представленных документах. Поэтому вполне обосновано установление обязанности страховщика в случае внесения в документы, на основании которых выдана лицензия, изменений извещать о них лицензирующий орган и подавать документы в новой редакции. Таким образом, вполне законны требования Минфина России, изложенные в Письме от 22.04.2003 N 24-00/КП-20, о представлении в Минфин России для согласования новой редакции правил страхования, в которые внесены изменения, касающиеся перечня страховых событий, объектов страхования, субъектного состава страхователей, застрахованных лиц, существа событий, на случай наступления которых осуществляется страхование, расчета страховых тарифов по видам страхования иным, чем страхование жизни, структуры тарифных ставок, порядка формирования страховых резервов, т.е. при внесении изменений, затрагивающих положения правил страхования, влияющих на платежеспособность и финансовую устойчивость страховщика.
Аналогичную позицию выразили Верховный Суд Российской Федерации и Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации, отказав признать п.2.2.15 Положения о порядке дачи предписаний, ограничения, приостановления и отзыва лицензии на осуществление страховой деятельности, утвержденного Приказом Росстрахнадзора от 19.06.1995 N 02-02/17, недействительным (Решение от 18.03.1999 по жалобе гражданки Алексеевой Е.А.). Мнение суда основано на том, что перечень объектов и рисков, на которые распространяется страховая защита, влияет на расчет страхового тарифа. Изменение рисковой ситуации влечет изменение обязательств страховщика, что вызывает обязательный перерасчет страхового тарифа. Контролируя размер тарифной ставки, федеральный орган исполнительной власти по надзору за страховой деятельностью осуществляет защиту интересов страхователей.
Из этого следует, что внесение в договор страхования в дополнение к правилам страхования условий, оказывающих влияние на финансовую устойчивость страховщика, нарушает положения Закона N 4015-1 и соответственно является основанием для дачи предписания. При заключении договора на условиях, не влияющих на платежеспособность страховщика, но отличающихся от условий правил страхования, Минфин России на основании ст.ст.3, 32 и 32.6 Закона N 4015-1 может выдать предписание о прекращении деятельности с нарушением условий, установленных для выдачи лицензии. Однако данные действия Минфина России ни в коей мере не влияют на юридическую квалификацию договора в качестве договора страхования и его действительность.
На практике известны ситуации, когда налоговые органы не признают договоры, заключенные на условиях, расширяющих перечень страховых рисков и случаев по сравнению с правилами страхования, в качестве договоров страхования, а выплаты по таким договорам — в качестве страховых. По нашему мнению, заключение договора страхования с расширенным по сравнению с правилами страхования перечнем условий, влияющих на финансовую устойчивость страховщика, не влияет на юридическую квалификацию договора, т.е. такой договор страхования не перестает быть договором страхования. Следовательно, у налоговых органов нет оснований не признавать договор страхования, заключенный с изменением, исключением, дополнением условий правил страхования, в качестве действительного договора страхования и не применять к нему правила налогообложения операций по страхованию, в том числе не признавать страховые выплаты в качестве таковых и не относить их на расходы страховщика.
Если страховщик заключил договор страхования на условиях иных, чем закреплено в правилах страхования, то это может означать, что он вышел за пределы своей специальной правоспособности, определенной лицензией. Это касается случаев, когда условиями договора существенно изменяется, расширяется перечень страховых рисков или порядок расчета страхового тарифа, в результате чего можно говорить в том числе и об осуществлении иного, не предусмотренного лицензией вида страхования. В такой ситуации договор страхования является оспоримой сделкой. Однако, пока судом не установлено обратное, договор является действительным и порождает соответствующие правовые, в том числе и налоговые, последствия.
Процедура признания таких договоров недействительными достаточно сложна, поскольку, во-первых, иск о признании оспоримой сделки недействительной может быть подан в суд ограниченным кругом лиц, а во-вторых, для признания такой сделки недействительной также должно быть доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о ее незаконности. В-третьих, в отношении оспоримых сделок законом предусмотрен специальный срок исковой давности — один год со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Поскольку оспоримая сделка действительна до тех пор, пока она не будет признана судом недействительной, то до этого момента у налоговых органов нет оснований для того, чтобы не признавать выплаты по таким договорам страхования в качестве страховых. Если же договор страхования, заключенный с превышением пределов специальной правоспособности страховщика, будет признан судом недействительным, то к нему будут применены последствия недействительности сделок, а именно двусторонняя реституция.
Чтобы ответить на вопрос, нарушает ли установленное ограничение перечня положений правил страхования, которые могут быть дополнены или изменены договором, право страхователя и страховщика на свободу договора и дополнение правил страхования договором, необходимо проанализировать нормы ГК РФ, касающиеся свободы договора. Свобода договора предполагает, что условия договора устанавливаются по усмотрению сторон, т.е. стороны вправе заключить договор на условиях, не противоречащих положениям закона и иных нормативных актов.
Рассматривая условия о свободе договора применительно к праву сторон договора страхования изменять, исключать, дополнять условия правил страхования, необходимо учитывать, что страховая организация — юридическое лицо со специальной правоспособностью. Следовательно, страховщик вправе заключать только те договоры и на тех условиях, которые охватываются его правоспособностью. Данная ситуация идентична ситуации, в которой страховщик вынужден отказать страхователю в заключении публичного договора личного страхования на основании того, что застрахованный является инвалидом, который не может быть субъектом страхования. И в том, и в другом случае страховщик действует в рамках своей правоспособности и не может за них выйти.
Заметим, что отношения по лицензированию и отношения, возникающие при заключении договора страхования, регулируются различными отраслями права. Отношения по лицензированию представляют собой административно-правовые отношения, основанные на властном подчинении одной стороны другой. Порядок же заключения договора страхования урегулирован нормами гражданского права, предметом которого является определение правового положения участников гражданского оборота, оснований возникновения вещных прав, регулирование имущественных и личных неимущественных отношений, основанных на равенстве, автономии воль и имущественной самостоятельности их участников (ст.2 ГК РФ).
Нормы административного права регулируют отношения, возникающие при лицензировании, но не могут регулировать гражданско-правовые отношения, и в том числе порядок заключения договора страхования. Поэтому установление обязанности по согласованию изменений условий правил страхования, влияющих на финансовую устойчивость страховой организации, ни в коей мере не нарушает право страховщика и страхователя на изменение, исключение отдельных положений правил страхования или о дополнении правил и не ограничивает их гражданскую правоспособность. А поскольку правила страхования — часть договора страхования (так как в соответствии с п.3 ст.3 Закона N 4015-1 страхование осуществляется на основании договора и правил страхования), заключение договора на условиях иных, чем правила, является ничем иным, как изменением правил страхования. Следовательно, страховщик должен уведомлять об этом Минфин России.